Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Лясковская О. Французская готика.

Лясковская О.А. Французская готика XII - XIV веков (Архитектура. Скульптура. Витраж). Серия: Из истории мирового искусства. М. Искусство 1973г. 174 с., илл. твердый переплет, очень большой формат. Вес 1160г.

Статическое изучение процессов – всё равно, что изыскание мёртвых законов. Тоже самое касается изолированных друг от друга тем. Вот почему искусствоведам приходится совсем нелегко в своих изысканиях – зачастую им просто не хватает понимания исторического движения, и многие формы воплощения человеческого духа остаются для них загадкой. Иной раз это касается и историков. Когда в XIX в. начали научно разрабатывать историю искусства Возрождения, то всё предшествующее «trecento» и «quattrocento» тысячелетие назвали «Âges obscurs», «тёмными веками» веками мрака и ужаса, варварства. Долгое время средневековые искусства становились просто кривым отражением античной культуры – возьмём, например, книги Александра Ленуара (1762-1839). Символом средневекового мрака стала, в том числе, готическая архитектура, мрачноватая, суровая, со сводами, теряющимися в дальней выси, от которой отражаются раскатистые и меланхоличные звуки органа. Как вы помните, французские революционеры даже собирались снести с лица земли Нотр-Дам, один из главным памятников средневекового зодчества – настолько далеко зашла борьба со старым миром.

Collapse )

Еремеев Д. На стыке Азии и Европы: очерки о Турции и турках.

   <!--  /* Style Definitions */  p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-parent:""; margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; font-size:12.0pt; font-family:"Times New Roman"; mso-fareast-font-family:"Times New Roman";} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} -->    

Турция может похвастаться богатым прошлым, но нельзя сказать, чтобы Анатолия была спокойным регионом. Действительно, находясь на стыке нескольких регионов, эта страна постоянно становилась ареной воин и столкновений, плацдармом для самых разных обществ, собирающихся и распадающихся, оставляющих после себя бесчисленные памятники и уходящие в небытие. Горы и долины Малой Азии видели восход империи хеттов и марширующие армии персидских шахов, расцвет греческой учёности и тяжёлую поступь фаланг Македонянина, богатые византийские монастыри и сметающую всё на своём пути армию первоначального Халифата…

Прежде чем турки пришли на эту землю, она уже была старой, и насколько эта страна имеет право называться по их имени «Турцией» - спорный вопрос. Однако эту землю по сию пору населяет этот народ, говорящий на тюркском языке, и внесший большой вклад в мировую историю, выходящий далеко за рамки создания очередной Империи. Воистину, и Европа, и Азия… 

Collapse )

Дюби Ж. Европа в Средние века


Дюби Жорж. Европа в Средние века. Смоленск. Полиграмма. 1994г. 320 с. Твердый переплет, Обычный формат.
В наше время обобщающие, масштабные труды по истории впали в своего рода немилость. Писать такие вещи всё труднее – исследователи зарываются вглубь отдельных проблем, поле изучения постоянно ширится, появляется всё большее число публикаций, и отдельный историк попросту не в состоянии охватить весь спектр палитры мировой истории. Поэтому обобщающие работы стали сейчас своего рода дерзкими манифестами, далеко не всегда точными и проработанными, но дающими общий, системный взгляд отдельного человека на историю.
Известный французский культуролог-марксист Жорж Дюби также не побрезговал созданием научно-популярного труда по истории средневековой Европы. Само собой, эта вещь стала своего рода квинтэссенции его взгляда на историю, и на ключевые её проблемы. Ещё в 60-е гг. Дюби начал соединять свои марксистские взгляды с культурологией, историей ментальностей, антропологией, и прочими замечательными вещами. Каким образом способ производства отражается на культуре? Являются ли априорно воображаемые вещи отражением первичной материи? Работая в лоне истории идей, Дюби создаёт в 1978 г. «», ещё ранее выходит «Эпоха соборов» (1974), где он укладывает развитие средневекового мышления в рамки развития городской соборной архитектуры, являющейся своеобразной точкой пересечения самых разных путей развития культуры.
Эта книга показалась французским продюсерам отличной основой для документального сериала, увлекательно и наглядно рассказывающем о средневековой Европе. Адаптацию книги решили доверить самому автору, который должен был своё подробное и обстоятельное сочинение упаковать в популярную и интересную для простого зрителя форму. Сценарий фильма позже был издан Жоржем Дюби отдельно, так как весьма отличался от оригинала, сохранив, впрочем, канву периодизации, заложенную «Эпохой соборов».
1. Время монастырей. Эпоха поисков Бога, время «тысячного года», как любят выражаться французские историки. Поднимает голову королевская власть, складывается феодальная система, рыцарство, монастыри со своими жителями первопроходцами идут в глубь земельной «нови», осваивая новые земли.
Романская церковь, с плавными, немного грубоватыми линиями. Время, когда монастыри сохраняют наследие ушедшей эпохи. Когда складывалось утончённое богословие теологов, когда были основаны нищенствующие ордена и монахи вышли за казавшиеся такими абсолютными стены, увидев большой мир.
2. Время соборов – «классическое средневековье», XII-XIII вв., когда внезапно Европа резко пошла вперёд. Население бурно росло, экспансия ушла далеко от берегов Атлантики, и экумена образованного человека резко расширилась. Появилась схоластика, утвердившая свободу мысли, богословские дискуссии стали изощрённее и многообразнее, началась новая волна борьбы с ересями, возникавшими и внутри, и вне церкви. Готика – помпезная, яркая, стремящаяся ввысь, заставляющая людей смотреть в сторону небес. Собор, в отличие от монастыря, открыт миру. Мир ведь изменился – теперь собор окружает шумный и богатый город, и вся эстетика архитектуры направлена теперь в их сторону – усложнённая, более яркая.
3. Время дворцов. Образность и изящество теологии вплелись в светское сознание, вслед за этим пришло и постижение античного наследия. Европу сотрясает страшная эпидемия чумы, которая меняет сознание человека на корню – смерть престаёт в самом отвратительном и грубом облике. Взор историка внезапно уходит из Франции в Италию, где росли города-комунны, где знатные граждане были равноправны друг другу в своём противостоянии феодалам. Собор как таковой уходит в прошлое – искусство становится более светским, богатые церковники лишь заказывают великим художникам фрески и алтари, которые мы можем видеть и по сей день. Центр притяжения искусства смещается в другую сторону – в сторону искусства Ренессанса, которое потихоньку начинает выходить из под мягкого покрывала церкви. Вера перестаёт быть делом общественным – теперь она «секуляризирована». Человек уходит в свои личные часовни, истово молясь Богу в одиночестве.
Вот так Дюби «пилит» историю Средневековья на условные части. По изящному и немного кинематографично он рассказывает о людях этой эпохи, и о молчаливых, красивых стенах, которые их окружали. Очень не хватает, конечно, видеоряда – наглядность была бы в высшей степени уместна. Кстати, концепции автора свойственна очень интересная особенность – марксист Дюби остаётся материалистом даже в этой работе. Все извороты, причудливые свойства средневековой ментальности французский историк выводит из конкретных и вполне читаемых целях практичного характера.
Конечно, выбрав такого рода периодизацию, Дюби упустил очень многое. Мы отчётливо видим сами соборы, которые стоят по сей день – но не очень чётко представляем себе людей, которые их окружали. Рыцари, крестьяне, горожане – в данном случае это достаточно абстрактные понятия. Другое дело, что монахи и церковники представляются нам как живые – носители соборной культуры, пронёсшие сквозь тысячелетие античную культура обогащая её и споря о неё (прекрасной иллюстрацией служит роман Эко «Имя розы»). А где остальные люди?
Во вторых – географическая ограниченность. Первые два периода – это северная Франция, последний – Италия времён Ренессанса. Насколько можно называть эти «классические» регионы магистралью исторического развития Европейской цивилизации? Вопрос о «Европе вообще» Дюби оставляет на откуп другим историкам.
В итоге – очень даже симпатичная научно-популярная книга о средневековой Европе. В отличие от многих скучнейших опусов, написана она прекрасным и легко читаемым слогом, очень по французски. В конце каждой главы дано несколько ярких и очень показательных отрывков из источников, хорошо иллюстрирующих пути мышления людей, живущих в ту странную эпоху. Конечно, для человека, подкованного в медиевистике (себя, кстати, я в это число не включу), здесь мало нового и интересного, но даже им стоит прочитать это сочинение. В конце концов, сам слог книги очень хорош…